разработка и контент-поддержка
Sergey Kuznetsov Content Group
Политики объявляют войну терроризму. Мы не очень верим, что в этой войне можно одержать окончательную победу, но верим, что можно научиться жить в эпоху терроризма.
Что значит жить в эпоху террора?
Вы заметили, что тревожащая вас проблема еще не освещена на нашем сайте? Пишите нам — открылся новый раздел, где мы публикуем ответы специалистов на ваши вопросы.

Теракт не коснулся лично ни меня, ни моих знакомых

Задайте себе вопрос, зачем вы пришли на этот раздел. Ведь вы не пострадали в теракте непосредственно — только видели по телевизору, слышали по радио, читали в газетах и в Интернете. Тем не менее, вы потрясены: вам страшно, вы злитесь, чувствуете свое бессилие, хотите сделать хоть что-нибудь.

Это происходит с большинством из нас. Для этого и совершаются теракты. Террористы метят не в те десятки или сотни людей, которые становятся непосредственными жертвами; их цель — наше спокойствие и стабильность нашего мира. Они используют нашу способность сострадать, наш страх за близких, наше желание справедливости. Что мы можем этому противопоставить?

Прежде всего — давайте попробуем не бояться своих чувств. Давайте поймем, что происходит с нами — потому что понять, что случилось в Беслане или на Дубровке, нам, возможно, так и не удастся.

Наша реакция на теракт состоит из двух частей: рациональной, направленной на то, чтобы извлечь уроки из прошлого и обезопасить наше будущее — и иррациональной, неконтролируемой, отнимающей у нас способность нормально жить. Например, тревога сделает человека осторожным, что необходимо в экстремальной ситуации — а страх парализует его, лишает способности действовать адекватно. Мы хотели бы помочь хотя бы кому-нибудь из наших читателей разобраться с этой второй, разрушительной, частью их переживаний. Справившись с иррациональной частью своих эмоций, избегая паники, наведя порядок в своем внутреннем мире, человек куда лучше сможет влиять на положение вещей в мире внешнем.



Как быть, если боишься ездить в метро или летать на самолете?

Не идите на поводу у своего страха.

Для начала поймите, чего именно вы боитесь. Чем детальней вы продумаете содержание своего страха, тем легче будет с ним справиться. Возможно, вы боитесь погибнуть во время взрыва. Или вы боитесь, что будете ранены и вас затопчет толпа. Или вы боитесь того, что окажетесь беспомощными. Или вы боитесь, что рядом будут страдать люди, а вы не сможете им помочь. Или вы боитесь еще многих вещей, которые мы не перечислили здесь. Если от подобных размышлений ваш страх становится непереносимым и вы не можете думать дальше, найдите спокойного собеседника, который поможет вам преодолеть страх, или обратитесь к специалисту-психологу. Просто ваш страх больше, чем ваши силы сейчас. Однако с помощью других людей с этим можно справиться.

Поняв содержание своего страха, во-первых, попробуйте найти максимум информации как вести себя в той ситуации, которой вы боитесь больше всего (можете начать с нашего сайта, раз вы все равно сюда зашли). Во-вторых, прикиньте, какова вероятность попасть в место проведения теракта. И, даже если вы там оказались, какова вероятность, что с вами случится именно то, чего вы больше всего боитесь. Если вы обладаете богатым воображением, попробуйте представить себе пугающую вас ситуацию сначала в том виде, в каком вы ее боитесь, а затем переиграйте финал, чтобы он стал нестрашным, лучше всего — даже комичным. Многим людям легче это делать, если они схематически рисуют маленький комикс (не более пяти картинок). Например, вы падаете после взрыва самолета: вы летите вниз, это ужасно страшно, но в тот момент, когда вы долетели до облаков, облака отпружинили, оттуда полетели конфетти и воздушные шарики, все засмеялись и медленно улетели на облаке.

Кроме того, страх можно попробовать обмануть. Например, когда вы боитесь спуститься в метро и добраться до работы, у вас есть выбор: бороться со страхом или идти у него на поводу. В течение нескольких дней понемногу приближайтесь к метро. В первый день зайдите в вестибюль станции, а потом выйдите и доберитесь до нужного места наземным транспортом. На следующий день зайдите в метро и спуститесь на перрон, но не садитесь в поезд. Далее проезжайте одну станцию, а затем выходите, и так далее. В результате вы, скорее всего, поймете, что ничего страшного в том, чтобы проехать куда-то на метро, нет. Вы обманете свой страх.

В любом случае, у вас всегда остается выбор. Если вы чувствуете себя неспособным побороть свою тревогу и не хотите обратиться к психотерапевту — организуйте свою жизнь так, чтобы не спускаться в метро. Например, поменяйте работу.

Тот, кто повернулся лицом к своему страху, — наполовину победил его. (Варвара Сидорова, психолог)





Как быть, если после известия о теракте бояться стали мои близкие?

Не пренебрегайте этим страхом.

Внимательно перечитайте ответ на вопрос «Как быть, если боишься ездить в метро или летать на самолете?». Выступите для ваших близких в роли того самого спокойного собеседника, о котором там говорится. Поймите содержание их страха, обсудите вероятность того, что пугающая их катастрофа в самом деле случится с ними. Главное — не раздражайтесь, не говорите, что это все глупости. Отнеситесь к разговору об этом со всей серьезностью.

Тот, кто помогает другому справиться со страхом, побеждает и свои страхи. (Варвара Сидорова, психолог)





Как говорить о терроризме со своими детьми? С какого возраста начинать беседовать об этом?

Как на любую другую сложную тему: честно, открыто и понятно.

Говорить с детьми о терроризме надо честно, собственно как и о любом другом серьезном предмете. Если вы предпочитаете не поднимать сложные темы, пока ребенок сам не задаст вопросов, дождитесь этих вопросов. Если вы любите работать на опережение, говорите так, чтобы ребенка не испугать. У вас наверняка есть опыт разговоров с ребенком о тех опасностях, которые подстерегают его в большом городе. Вспомните, как вы учили его переходить дорогу: дети знают, что от автомобиля исходит опасность, но они не боятся его. То же самое и с терроризмом.

Отвечайте детям на их прямые вопросы, какими бы странными они вам не казались. Конечно, очень сложно честно беседовать с маленьким ребенком о таких непростых вещах и при этом его не напугать. Важно, чтобы он понял, что это опасно, но при этом не начал бояться всего вокруг. Надо рассказать ребенку, кто такие террористы так же, как вы объясняли, кто такие дяди, которые предлагают конфетку или игрушку и зовут с собой. Вы же объясняли ребенку, как себя вести, если к нему подходят незнакомые люди на улице? Вот точно так же спокойно объясните ребенку, что делать в той или иной опасной ситуации, связанной с терроризмом. Например, если ребенок оказался в толпе бегущих людей, он должен спрятаться за каким-нибудь укрытием, стараться не упасть и так далее. Если ребенок увидел подозрительный предмет, он должен сообщить об этом взрослым. Фактически обо всем, о чем вы прочтете на этом сайте, можно говорить с детьми.

Если вы опасаетесь, как бы у вашего ребенка не появились страхи, что на него может напасть террорист, ваше поведение должно зависеть от возраста ребенка. Если он маленький (до восьми лет), можно сделать то же, что вы делали, чтобы он не боялся темноты, «чудовищ», «буки». В каждой семье существует свой «ритуал», как сделать так, чтобы дети не боялись чего-то страшного. В верующей семье это может быть крестик, который «всегда тебя защитит», в нерелигиозной семье — добрый волшебник и т.д.

Если ваши дети старше, объяснения должны иметь более рациональный характер: скажите, что террористы все-таки встречаются очень редко, что места, где бывает ребенок, хорошо охраняются, и что рядом всегда есть взрослые, к которым можно обратиться. Более подробно расскажите ребенку этого возраста, как ему следует себя вести.

Для того чтобы дети знали, как себя правильно вести, можно попробовать как-то обыграть эту тему. Не давите, не пытайтесь научить ребенка всему сразу. Просто периодически обыгрывайте с ним тему терроризма, используя знакомых ребенку героев. Эти герои могут иметь новые роли. Пусть Кощей Бессмертный будет террористом, а Василиса, например, заложницей и так далее. Возможно, подобные игры вам покажутся странными, но помните, что именно в игре ребенок лучше всего усваивает правила жизни. И не забывайте сделать так, чтобы ребенок в таких играх побывал в роли каждого из участников конфликта — так детям проще понять ситуацию.

Мы — дети, не пережившие войны, знаем, как вести себя, когда стреляют; знаем, что надо прятаться за что-то, бегать зигзагом, потому что в детстве мы играли в войну или видели это в кино. (Варвара Сидорова, психолог)





Учительница в школе сказала, что началась третья мировая война. Ребенок волнуется, не спит. Надо ли мне объяснять, что она не права?

Делайте то, что вы обычно делаете, если не согласны с учителем.

В таких случаях не стоит выдумывать что-либо специально. Все зависит от той политики, которую вы ведете в отношении школьных учителей. Если вы считаете необходимым создавать у ребенка образ учителя как человека авторитетного, которого надо слушать всегда, постарайтесь объяснить ребенку слова учителя. Например, скажите ему, что эта война не похожа на другие, что в ней убивают меньше людей. Сошлитесь на известные ребенку примеры людей, переживших войны, и скажите, что в войне с терроризмом проще уцелеть.

Если же вы считаете возможным опровергать мнение учителя, определитесь, с чем именно вы не согласны, и объясните вашу позицию ребенку.

Если вы сами испытываете сильный страх, то воздержитесь от разговора с ребенком. Запомните: в таком состоянии разговаривать с детьми на любые пугающие темы, в том числе — о терроризме, категорически запрещено. Ребенок формирует свое отношение к миру, ориентируясь на родителей. Он очень хорошо воспринимает чувства, которые испытывают его родители, особенно такие сильные, как страх и паника, даже если родители пытаются эти чувства скрыть. Попробуйте разобраться со своим страхом перед тем, как говорить с ребенком. Если нужно, обратитесь к специалисту за разовой консультацией. Естественно, вы все равно будете испытывать беспокойство, связанное с террористической угрозой. Тревогу эту скрывать не нужно. Если ребенок увидит, что у вас существуют опасения, но вы с ними справляетесь, это успокоит его, вы подадите ему хороший пример. Помните, что для ребенка вы являетесь абсолютным авторитетом и единственной защитой от опасности. Поэтому если он обнаружит, что вы не можете справиться со своим страхом, этот страх не только передастся ему, но и многократно усилится. Ребенок решит, что опасность настолько велика, что даже родители не смогут его защитить.

Так что, если вы понимаете, что вам предстоит разъяснить ребенку какие-то слова учителя, для начала убедитесь, что сами уверены в своих словах, способны держать себя в руках, спокойны и готовы без истерики обсуждать ситуацию. В ином случае даже не начинайте разговор — вы рискуете посеять в сердце вашего ребенка еще большую тревогу, чем это сделал школьный учитель.

Потренируйтесь. Пока ребенка нет дома, зайдите в детскую, возьмите его куклу и расскажите ей все то, что собираетесь говорить ребенку.

Если бы это был мой ребёнок, то я бы сказала, что Марья Ивановна сама испугалась и ей страшно, то есть часть того, что она сказала — правда, а часть она сказала потому, что боится так же, как многие люди сейчас. (Варвара Сидорова, психолог)





Мой ребенок все время играет в теракт. При этом он очень часто выбирает роль террориста. Что мне делать?

Если такая игра продолжается долгое время, обратитесь к психологу.

Для начала поймите, что игра для ребенка — важный способ постижения и принятия мира. Очень часто дети переживают травматический опыт через игру. Очевидцы рассказывают, что американские школьники после 11 сентября увлеченно строили из кубиков башни и ломали их. Так что в том, что ваш ребенок сразу после трагических событий играет в теракт, нет ничего необычного.

Другое дело, если эта игра продолжается спустя долгое время. Психологи советуют родителям присоединиться к игре. Не навязывайте ему свое видение событий, следуйте за сюжетом, который предлагает ребенок, и посмотрите, что его больше всего увлекает. После игры попробуйте поговорить с ними на эти темы.

Может, впрочем, оказаться, что игра в террориста — это проявление каких-то глубинных психических проблем, которые просто вышли наружу после теракта. Если вы видите, что игра повторяется, ребенок проигрывает одну и ту же роль и делает акцент на страданиях и жестокости, лучше всего будет показать ребенка специалисту, чтобы разобраться в причинах.



Многие люди вокруг меня, обсуждая теракты, говорят вещи, с которыми я не могу согласиться, вещи, которые меня возмущают. Как мне быть?

Вы имеете полное право не общаться с этими людьми.

Главное, что вы можете для себя сделать — это занять максимально комфортную внутреннюю позицию, отстраниться, создать какие-то психологические барьеры. Не важно, призывают ли эти люди убить всех чеченцев или, наоборот, объясняют, что русские сами виноваты. Вы имеете полное право не общаться с этими людьми, в особенности, если они желают зла вам или вашим близким только потому, что у вас «не та» национальность или гражданство.

Очень важно не пугаться, когда вы сталкиваетесь с таким человеком. Как правило, его злоба не адресована лично вам, поэтому не надо бояться, даже если кажется, что человек легко перейдет от слов к делу. Отчасти эта тревога бывает обоснованной, такого человека легко невольно спровоцировать резким словом или даже проявлением собственного страха. Поэтому не надо пугаться, но не надо и спорить, не надо давать повода обратить злость на вас.

Если у вас хватит терпимости принять то, что люди разные и имеют право на разные убеждения, на любовь и нелюбовь к другим людям, вы этим сильно себе поможете. Поймите, что агрессивные люди, склонные по поводу и без повода вступать в конфликт или, тем более, хвататься за оружие, на самом деле чувствуют себя очень несчастными, одинокими, отвергнутыми и не знают, как еще можно перебороть ситуацию, кроме как применив силу. Если в ситуации дискомфорта от общения вам хватит терпимости и ясности мышления, чтобы это понять, вам станет немного легче.

Те, кто защищают террористов и извиняют теракты, поступают так не от хорошей жизни. Да, действительно, они пережили много тяжёлого, в их стране произошли ужасные события, не они начинали эту войну и не они виноваты, что их дети, друзья, знакомые погибли. Конечно, мы можем спросить себя: если они так ненавидят русских, почему они живут в России? Но, опять-таки, каждый человек имеет право выбирать свою жизненную позицию. (Варвара Сидорова, психолог)





После теракта у меня на работе только и разговоров, что о жертвах, ужасах и так далее. Я просто не могу работать в такой обстановке! Неужели нельзя объяснить людям, что они только растравляют себя и других? Пусть лучше работают!

Люди должны выговориться — это нормально. Не затыкайте им рот, лучше помогите пережить потрясение.

Объяснить это людям невозможно. Надо принять, что в некоторых ситуациях люди испытывают настолько сильное эмоциональное потрясение, что не могут работать. Даже если вы их заставите сесть за столы и уткнуться в компьютеры, продуктивной эта работа не будет. После теракта ваши коллеги, как и многие другие, испытывают страх, гнев, тревогу, скорбь, отчаяние и множество других чувств. Эти чувства должны быть ими пережиты в полном объеме, а не подавлены, и пока этого не случится, люди все равно не смогут работать нормально. Конечно, если вы, скажем, начальник, то можно им запретить об этом разговаривать — но тогда на переживание эмоций уйдёт больше времени, и, значит, люди дольше не смогут продуктивно работать.

Надо сказать, что подобные ситуации не обязательно возникают именно в связи с терроризмом. Например, на производстве может случиться авария, могут пострадать люди. В этой ситуации психологи рекомендуют помочь людям обсудить случившееся, выговориться. Западные, а в последние годы и отечественные компании приглашают специалиста-психотерапевта, который в специально отведённое время помогает людям проработать эту ситуацию. Он предложит вашим коллегам высказаться. Правильно проведенная, эта беседа позволит гораздо быстрее пережить потрясение. В случае необходимости психолог предложит специальные упражнения. Все это вместе поможет вернуть жизнь трудового коллектива в нормальное русло.

Таким образом, если вы руководитель, самое разумное — дать людям возможность выговориться, чтобы затем они могли вернуться в продуктивное состояние. Но если вас на самом деле беспокоит не работа, а просто раздражают разговоры о теракте, то поймите: испытывать сильные эмоции после подобной трагедии — довольно естественно. Даже если вы из тех счастливых, психически крепких людей, которые в состоянии продуктивно работать в экстремальной ситуации, вам придется признать, что не все люди таковы, — и смириться с этим.

Если вы продолжаете испытывать раздражение при разговорах о терактах, стоит спросить себя: что раздражает? Что так непереносимо лично для вас? Возможно, ответ на этот вопрос поможет вам справиться с неизбежными в случае трагедии обсуждениями. Может быть, ваше раздражение сигнализирует о том, что вы сами не настолько равнодушны к этой теме, насколько хотите казаться. Ну и, в конце концов, всегда можно воспользоваться берушами. (Варвара Сидорова, психолог)





Мои знакомые — мусульмане (чеченцы, ингуши и т.д.). Я знаю, они не поддерживают теракты, но я все равно не знаю, как с ними заговорить. Как мне быть?

Не дайте террористам поссорить вас с вашими знакомыми.

Наш основной совет: постарайтесь понять, что одна из задач террористов — создать психологический дискомфорт в повседневной жизни простого населения. Ведь зачастую такой вред оказывается гораздо большим, чем реальный физический ущерб, например, от взрыва бомбы. Сделать так, чтобы вам стало неудобно общаться с вашими знакомыми или друзьями, которые оказались того же происхождения, что и террористы, — это тоже цель террора. Поэтому, если вы не поддаетесь этим чувствам, вы не даете террористам добиться своих целей. Если же от этого дискомфорта вам избавиться никак не удается, прежде всего, подумайте о том, какие чувства могут испытывать ваши знакомые. Если они не поддерживают теракты, они так же, как и вы, могут чувствовать себя неудобно.

Например, им может быть стыдно за своих земляков, которые совершают эти теракты. Они могут испытывать неудобство оттого, что все вокруг невольно ассоциируют их с террористами только потому, что они приверженцы того же вероисповедания, родом из тех же мест или просто внешне похоже на террористов. Если дискомфорт в общении испытывают уже обе стороны — и вы, и ваши знакомые, такое неудобство гораздо легче преодолеть. Лучше всего, если ваши отношения это позволяют, прийти к ним и прямо сказать о том, что вы чувствуете себя неловко. Поговорите с ними об этом. Если же вы не так близки с этими людьми, постарайтесь своими поступками продемонстрировать хорошее отношение к ним, показать, что вы не вините их в том, что произошло.

Бывает и более сложная ситуация. Например, если ваши знакомые после теракта говорят о погибших: «Так им и надо!», мотивируя свои слова тем, что «в Чечне 10 лет идет война, и там тоже очень много мирных людей погибло». К людям, высказывающим такую точку зрения, очень тяжело относится нейтрально, однако это необходимо. В первую очередь, постарайтесь занять наиболее комфортную для себя позицию, как-то отгородиться от этого, поставить барьеры. Если вам такое сказали, вовсе не обязательно, что негативное отношение касается лично вас. Попробуйте понять, что психика этих людей довольно сильно травмирована войной. Они много лет видели боль и страдания своих родных и близких, и им в тот момент никто не сочувствовал. Их внешняя агрессивность связана лишь с тем, что они глубоко несчастливы, одиноки и отвергнуты. Если вы сможете понять это, вы сможете вести нормальный диалог даже с теми, кто считает, что вы заслуживаете смерти из-за одного только внешнего вида.

Оцените степень эмоциональной близости, которая существует между вами и вашими знакомыми. Чем в более дружеских отношениях вы находитесь, тем больше у вас возможности ликвидировать этот дискомфорт без особого ущерба для отношений.

Есть общее правило, что нет плохой национальности, а есть плохие люди. И можно общаться с вашими друзьями, понимая, что в числе плохих людей есть и их соотечественники, а на месте плохих людей могут оказаться и наши соотечественники. Но, в общем, террористы создали и вам, и вашим друзьям одинаковую проблему. И вы можете обсудить это между собой. (Варвара Сидорова, психолог)





При известии о теракте я испытываю сильное чувство ненависти к чеченцам (мусульманам, милиции, президенту Путину, президенту Бушу, мировому правительству etc). А потом мне стыдно. Как мне быть?

Позлитесь и успокойтесь. Ничего стыдного в этом нет.

По мнению психологов, злость — самое естественное чувство в ситуации большого потрясения. Именно злость возникает в первую очередь. Такой психологический рефлекс остался у нас еще с первобытных времен. Пещерный человек имел в своем арсенале только две реакции в случае опасности: бегство или нападение. Бегству помогал страх, нападению — злость. Несмотря на то, что окружающий нас мир изменился, психологические механизмы остались прежними. Человек все так же или убегает, или нападает. Когда вы оказываетесь в опасной ситуации, какой, несомненно, является теракт, вы волей-неволей испытываете страх и злость. Если первобытному человеку источник опасности был абсолютно ясен, (например, крупный хищник), то в современном мире определить, откуда стоит ждать нападения, не так просто. Злобу на террористов легко оправдать. Понятно, что они виноваты в случившемся теракте. Но бывает и так, что вы злитесь на кого-то, кто, возможно, никак не связан с произошедшим. Все дело в том, что ваша ненависть пытается уцепиться хоть за что-нибудь, найти выход, мишень. И хорошо, если этой мишенью становятся не доступные для вас люди, а не ваши близкие. Потому что недоступному человеку вы не сможете нанести реальный вред. Поэтому просто позлитесь и успокойтесь. Дайте вашей ненависти выйти. И поймите, что ничего стыдного в этом нет. Это нормальная реакция.

Если вы чувствуете, что ваша ненависть никак не ослабевает, найдите способ выразить ее. Например, напишите открытое письмо (отсылать его необязательно), нарисуйте картину или эскиз плаката.





Я все время думаю, как люди могут пойти на такое. Не могу представить, каково это — быть террористом-смертником?

У террористов другая система ценностей.

Большинство террористов — люди изначально совершенно определенного склада, и их картина мира очень сильно отличается от картины мира всех остальных людей. Мы все понимаем, что у разных людей разные системы ценностей и разные представления. Есть люди, которые жертвуют своей жизнью ради других, и есть люди, которые жертвуют своей жизнью ради того, чтобы кого-то убить. По мнению такого человека, он совершает благой, достойный поступок. Вспомните, например, Великую Отечественную войну, когда наши воины, наши герои, такие, как Александр Матросов или Николай Гастелло, добровольно шли на смерть. С нашей точки зрения это был достойный, красивый поступок, с точки зрения нашего врага это был очень плохой поступок. Разумеется, есть разница между убийством солдат противника и убийством мирных жителей. Однако эти люди столько пережили, что их мысли и чувства сильно изменены: они видят врагов, скажем, не только в солдатах федеральных войск, но и в обычных людях, например, во всех русских или во всех «неверных». Для них чувство ненависти и собственной «праведности» вытеснило все остальные чувства.

Если вы хотите понять систему ценностей террористов, попробуйте представить, что есть люди, которые в нас видят врагов. Мы для них не люди, мы для них то, что подлежит уничтожению. Да, обычному человеку трудно представить, что можно ненавидеть незнакомых людей сильнее, чем хотеть жить самому, — но так бывает.

Для этих людей их поступок, во-первых, красивый, во-вторых, достойный, в-третьих, будет помниться долгие годы, их имя будет вспоминаться с почётом, в-четвёртых, если они религиозные люди, то они думают, что попадут в рай, и, в-пятых, их семьи будут обеспечены. (Варвара Сидорова, психолог)





После теракта я очень переживаю. Мне хочется что-то сделать, но я не знаю что. Я не готов идти воевать или изменять политику власти. Но сидеть сложа руки я тоже не могу. Что мне делать?

Определите, что вам по силам — и сделайте это.

Это очень естественное чувство: желание что-то сделать. Определите, что вам по силам, что вы можете предпринять? Например, после теракта очень многие люди испытывают эмоциональное потрясение, даже те, кто не был свидетелем событий. Среди этих людей могут быть и ваши знакомые, и вы можете пойти и попробовать помочь им пережить этот стрессовый период. Вы можете предложить свою помощь тем, кто работает с пострадавшими. Если вы хорошо знаете правила поведения в экстремальных ситуациях, вы можете рассказать об этом людям. Попробуйте понять, как ваши профессиональные знания могут быть востребованы в этой ситуации.

Не забывайте о благотворительных фондах: после терактов обычно проводится активный сбор средств, и вы можете выбрать тот фонд или ту организацию, которой действительно доверяете. И не забывайте, что кроме непосредственных жертв террора, в помощи нуждаются семьи погибших сотрудников спецслужб — постарайтесь найти какую-нибудь возможность помочь им.

Если у Вас нет денег, вы можете предложить свою помощь — и людям, и организациям. Можете сдать кровь. Написать тёплое письмо со словами поддержки. Одним словом, вы можете делать маленькие дела для конкретных людей. Не обязательно замахиваться на то, чтобы переделать ситуацию в Чечне, в стране или в мире. Помогите своим соседям, помогите своему знакомому. Сделайте маленькое дело. Потому что всё большое складывается из маленьких дел. Поймите, что вам по силам, что знаете, что умеете, что можете — и сделайте это.

Помните: большие дела складываются из малых. Делайте то, что можете. (Варвара Сидорова, психолог)