РазноеЛенина машина: Автопарк Ильича: на чем ездил Владимир Ленин – Все об автомобилях лидера Октябрьской революции — Читальный зал — Motor

Ленина машина: Автопарк Ильича: на чем ездил Владимир Ленин – Все об автомобилях лидера Октябрьской революции — Читальный зал — Motor

Автопарк Ильича: на чем ездил Владимир Ленин

          С советских времен повелось считать, что Владимир Ленин не тратил народных денег на свой автопарк, а использовал старые машины, «отжатые» большевиками у Николая ІІ и Временного правительства. Мы разобрались, так ли это, и на чем больше всего любил ездить вождь мирового пролетариата.

Вместо предисловия расскажу одну историю. Судя по всему, у Владимира Ильича с автомобилями с самого начала как-то не задалось. Его первое тесное знакомство с машинами связано с ДТП. Так, будучи в своей первой эмиграции в Швейцарии, скромный Ленин-велосипедист был сбит неким зажиточным европейцем на Rolls-Royce. Обошлось без серьезных травм, но осадочек наверняка остался.

Несчастливые «французы»

Прошло время, и после известных событий статус Владимира Ильича значительно вырос – он сам стал пассажиром авто. Одним из первых транспортных средств, в которое сел Ильич после революции, была двухлетняя французская Turcat-Mery 1915 года выпуска с кузовом «ландо-лимузин», которая приобреталась для старшей дочери Николая Второго, Великой Княжны Татьяны. После нее с февраля по октябрь 1917-го на машине передвигался министр-председатель Временного правительства Александр Керенский.

Turcat-Mery.jpg

Turcat-Mery


Официально впервые эту машину Ленину подали 27 октября в 10 часов утра. Но вскоре сказалась та напряженность в отношениях вождя с автотранспортом: с 4,7-литровым (50 л. с.) роскошным лимузином сразу не повезло – машина была угнана в декабре того же года непосредственно с территории Смольного. За потерю транспортного средства Ильич отстранил своего водителя от дел и пообещал возвратить его на службу только по возвращении машины. Стоит отметить, что он свое слово сдержал. Сыщики вскоре вычислили, что угонщиками были контрабандисты, промышлявшие нелегальной торговлей с Финляндией. Уже тогда существовала индустрия угона машин на разборку. Как правило, похищенные авто переправлялись в Финляндию, а оттуда уже в виде запчастей расходились по всей Европе.

Вторым автомобилем, обслуживавшим Ленина, также стал «француз», лимузин Delaunay-Belleville 45, которым ранее пользовался последний император Российской Империи. Но и с ним Ильича постигла неудача. 1 января 1918 года во время покушения на вождя добротный деревянный кузов был почти полностью уничтожен нападавшими – восстановить лимузин не смогли, и его списали. После был Renault 40CV все из того же Первого гаража распавшейся страны, который – злой рок! – угнали так же нагло, как и Turcat-Mery.


autowp.ru_delaunay-belleville_70_smt_1.jpg

Delaunay-Belleville


Машины и водители

Вообще, реквизиция в первые годы правления советов рассматривалась как основной метод решения транспортной проблемы. Интересно, что для оправдания реквизиции автомобилей у частных лиц, предприятий и даже у дипломатических миссий писались официальные письма. Они содержали пояснение наподобие «для экспедиции, следующей за хлебом», «для нужд армии» и имели обязательную приписку в конце – «не подлежит возвр.» 10 ноября 1917-го даже была создана целая комиссия, которая имела право реквизировать автомобиль у кого-либо для нужд правительства. До конца февраля следующего, 1918 года, всего за квартал было изъято 37 машин.


Renault 40CV.jpg

Владимир Ленин, Надежда Крупская и сестра Ленина Мария Ульянова в автомобиле «Renault 40CV»


Водители первого лица молодого государства проходили тщательную проверку в «семьдесят пятой» комнате, предшественнице ВЧК. Их проверяли не только на профспособности, но и на лояльность к идеям партии, на отсутствие контрреволюционных идей и другие важные качества. После успешно пройденного собеседования водители получали табельное оружие и должны были параллельно выполнять роль телохранителей. Очень часто для предотвращения нештатных ситуаций Ленину подавали «автомобили разных номеров», то есть разных марок и моделей.

Удачливые «англичане»

После серии покушений Ленин и его охрана приняли совместное решение – отказаться от закрытых автомобилей и пересесть на кабриолет, ведь если народ будет узнавать своего руководителя и кумира, то и бояться ему нечего. Rolls-Royce Silver Ghost 1914 года с мягким верхом, оснащенный 55-сильным мотором, экспроприировали из гаража Михаила Романова. Интересно, что изначально кабриолет заказывался для участия в горных гонках. По легенде, именно на этом автомобиле товарища Ленина вывезли в Кремль после покушения Фанни Каплан. Как знать, если бы машина оказалась медленнее, то вождь мог бы истечь кровью – и как бы повернулась тогда история великой страны?


Rolls-Royce.jpg

Rolls-Royce В. И. Ленина


Видимо, роскошные авто с «духом экстаза» на пробке радиатора пришлись Владимиру Ильичу по вкусу. В самый разгар гражданской войны ответственным людям в Великобритании было дано поручение заказать и доставить партию «Роллсов» для первых лиц молодой Страны Советов. Ленину полагался самый мощный 73-сильный вариант с удлиненной базой, обслуживавший его до самой смерти. Современники жаловались и удивлялись, что этот легковой автомобиль потреблял 28-30 литров бензина на 100 км пробега. Для Надежды Крупской Владимир Ильич велел изыскать автомобиль с закрытым кузовом. Необходимую машину нашли в одном из гаражей Петрограда – ей оказался «Роллс-Ройс» с утепленной кабиной и отопителем салона. Младший брат вождя Дмитрий Ульянов вспоминал, что тот любил быструю езду и регулярно сетовал на спокойный стиль вождения шоферов, требуя повысить среднюю скорость с 60 до 80 км/ч.


autowp.ru_rolls-royce_silver_ghost_tourer_1.jpg

Rolls-Royce Silver Ghost '1914


Эксклюзивные вездеходы

Как и предыдущий правитель России, Ленин оценил все прелести полугусеничного транспорта – единственного варианта быстрого перемещения с зимней дачи в Горках в Москву в «студеную зимнюю пору». Первые автосани в гараже Ленина появились в 1919 году: это был американский «Packard», переоборудованный на Путиловском заводе. Испытания новинки гаража проходили в Москве, на Ходынском поле. Довольно скоро изношенный двигатель не выдержал возросших нагрузок и потребовал восстановления. За оперативно выполненный капитальный ремонт машины Ленин лично указал выделить рабочим в виде премии пуд муки.


Packard.jpg

Переоборудованные на Путиловском заводе автомобили «Packard». Фото: Автопилот


Вторым полугусеничным автомобилем стал один из новых Rolls-Royce 1922 года выпуска, купленный по заказу компании АРКОС (All Russian Cooperative Society Limited). Усилиями инженеров и рабочих 4-го Государственного автомобильного завода его перевели на «движители Кегресса», установив вместо заднего моста гусеничную тележку, а спереди – лыжи. Именно этот автомобиль, прошедший реставрацию в поздний советский период, и сохранился до наших дней в музее-заповеднике «Горки».


80654f5ccf5197f93f580f0e1368b87f-995x0-90.jpg

Rolls-Royce Silver Ghost Continental В. И. Ленина


Технический прогресс

Как мы уже знаем, Николай II стал пионером в области автомобилизации первых лиц государства, а Ленин с успехом продолжил начатое. В гараже Владимира Ильича побывали уже не только серийные автомобили, но и специальные экземпляры, изготовленные по особому заказу. Так зарождалась традиция иметь в правительственном гараже лучшие образцы мирового автопрома – в следующий раз мы выясним, какие именно машины пришли на смену тем, что возили Ленина.


autowp.ru_rolls-royce_silver_ghost_tourer_2.jpg


Читайте также:


Один из партии — журнал За рулем

Rolls-Royce для Ленина.

Будущий вождь мирового пролетариата впервые близко познакомился с RollsRoyce в 1910 году: французский аристократ сбил Ленина, когда тот катался на велосипеде по Парижу. Отделавшийся легким испугом Ильич подал в суд на лихача. Вот как он описал ДТП в письме к своей сестре Маняше: «Ехал я из Жювизи, и автомобиль раздавил мой велосипед (я успел соскочить). Публика помогла мне записать номер, дала свидетелей. Я узнал владельца автомобиля (виконт, черт его дери) и теперь сужусь с ним через адвоката... Надеюсь выиграть».

Судебный иск выпускник юрфака Санкт-Петербургского университета выиграл, о чем радостно писал в следующем письме: «Погода стоит такая хорошая, что я собираюсь взяться снова за велосипед, благо процесс я выиграл и скоро должен получить деньги с хозяина автомобиля». И кто знает, как пошла бы история, если бы вождь не успел соскочить с велосипеда.

Наследники царизма

В России марка Rolls-Royce появилась еще до революции. В 1913 году в Санкт-Петербурге английская фирма открыла представительство, расположив отделение «Ролльсройсъ-Петроградъ» на Английской набережной, 62, в самом центре имперской столицы. Петербургские аристократы и буржуа охотно покупали «торпедо» и «ландо» с Серебряной Леди на капоте. Один лимузин был даже у государя императора Николая Второго, который слыл заядлым автомобилистом и имел самый большой личный гараж среди европейских монархов.

В феврале 1917 года весь царский автопарк перешел в пользование министров Временного правительства, а в октябре того же года, когда свершилось то, о чем так долго говорили большевики, — к вождям революции. В распоряжение самого главного вождя попали лучшие автомобили: Turcat-Mery 28, DelaunayBelleville 45 и лимузин Rolls-Royce 40/50 Silver Ghost, который когда-то особенно любила императрица Александра Федоровна. Эти автомобили возили Ленина и после переезда правительства в Москву. В 1919 году в распоряжении автобазы Совнаркома были два RollsRoyce: один (№ 3) закреплен за Лениным, другой (№ 4) — за Троцким. Но со временем это «тяжелое наследие царского режима» обветшало и пришло в негодность. Тогда и решили закупить для гаража новые автомобили в Англии — единственной европейской стране, с которой у правительства большевиков были налажены дипломатические отношения.

Есть такая партия

В начале 1921 года в Лондоне советская торговая делегация во главе с Леонидом Красиным заключила сделку века — подписала договор о покупке 70 автомобилей Rolls-Royce. Единовременно столько автомобилей еще не покупал никто и никогда! Но случилось непредвиденное: Россию охватил голод, и тратить миллионы на десятки Rolls-Royce большевики не решились. Сделку немедленно пересмотрели — часть денег направили на закупку продовольствия. К концу года Rolls-Royce в гараже Совнаркома было уже 13. И среди них два автомобиля, которыми пользовался сам Владимир Ильич.

Первый — Rolls-Royce 40/50 Silver Ghost Alpine Eagle c кузовом «торпедо» фирмы Barker, второй — Silver Ghost Continental c полугусеничным движителем Кегресса, которым автомобиль оснастили на Путиловском заводе. Эти автосани — как тогда называли полугусеничные автомобили — служили Ленину для зимних поездок. За несколько зим машина прошла 8000 миль.

Открытым Rolls-Royce вождь пользовался в теплое время года. На нем Ленин совершил свою последнюю поездку в октябре 1923 года, когда вместе с М.И. Ульяновой и Н.К. Крупской посетил Всероссийскую сельскохозяйственную и кустарно-промышленную выставку в Москве. Тогда же он в последний раз побывал в своем кремлевском кабинете, и вечером Rolls-Royce умчал его обратно в Горки.

Сохранить навеки

После смерти вождя судьбы его автомобилей сложились по-разному. Автосани так и остались в Горках. Там машина стоит до сих пор, в музейной тишине, почти в первозданном виде. Почти только потому, что небольшая реставрация все-таки была. В 1984 году специалисты ЗИЛа осмотрели мотор, заменили патрубки системы охлаждения, изготовили заново всю электропроводку. Привели в порядок кузов и салон. Двигатель даже завели, хотя после смерти хозяина автомобиль никогда и никуда не выезжал — посетители любовались им в гараже. Во время одной из экскурсий кто-то из группы пэтэушников стащил с капота машины вождя фигурку — видимо, Серебряная Леди грела юное комсомольское сердце.

Открытому Rolls-Royce повезло меньше. Его вернули в гараж Совнаркома для «черной» работы, он прослужил разъездной машиной до начала тридцатых годов, когда было решено обновить правительственный автопарк. Ленинский Rolls-Royce списали, и он попал в Крым к председателю керченского рыбколхоза. Тот явно не знал, на чьей машине катается каждый день… В общем, автомобиль, доведенный колхозниками до ручки, уже собирались сдать в металлолом. Если бы не подоспел сталинский указ — собирать и беречь все, что связано с именем Ленина.

В 1939 году останки Rolls-Royce доставили в Горки. На машине стояли двигатель, колеса и крылья от полуторки, самодельный верх и чужие фары. В таком виде автомобиль простоял на ленинской даче до 1957 года, когда его в преддверии юбилея вождя решили отреставрировать. Rolls-Royce перевезли на ЗИЛ и приступили к работам. Для комплектации пришлось искать такие же машины по всей стране. Обнаружили еще три Rolls-Royce, причем один из них в Магадане... Реставрацию закончили в конце 1959 года, и автомобиль своим ходом доехал до музея Ленина на площади Революции в Москве. За отличную работу реставраторам даже хотели дать премию, но гордые рабочие отказались. «Деньги за Ленина? Да вы что! Мы ж готовы были сиденья целовать. На них Ильич сидел! Только потом мы узнали, что Ленин — не вождь мирового пролетариата, а рэкетир мирового масштаба», — говорил много позже один из участников реставрации Александр Ломаков.

Rolls-Royce простоял в музее Ленина до начала девяностых, когда его выкатили оттуда из окна второго этажа и передали на баланс Исторического музея.

Партийная печать

В советское время было принято считать, что оба ленинских Rolls-Royce изготовлены еще до 1917 года и экспроприированы революционно настроенными массами у буржуев, так как факт покупки роскошных авто в тяжелое для страны время вредил образу партии. «Когда смотришь на эту машину, мысленно переносишься на 60 лет назад. Вот она выезжает из кремлевских ворот, на заднем сиденье Ленин. Стремительно мчит по московским улицам, подлетает к заводскому красно-кирпичному зданию — Владимир Ильич направляется на митинг выступать перед рабочими. А вот „Роллс-Ройс“ катит по дорогам Подмосковья. Владимир Ильич отдыхает» — в таком стиле было принято писать об автомобилях вождя.

Правда всплыла только во время перестройки. Корреспондент итальянского журнала Ruoteclassiche Джузеппе Дикорато осмотрел оба ленинских Rolls-Royce и провел собственное расследование. Пытливый итальянец выяснил, что оба автомобиля сделаны в 1920–1922 годах и куплены советскими представителями. И тут со страниц прессы понеслось: «Два автомобиля „Роллс-Ройс“, на которых возили В.И. Ленина, не были „экспроприированы“, а специально заказаны в Англии за огромные деньги» или «Без „Роллс-Ройса“ глава советского правительства как бы уже и не считал себя равным остальным повелителям мира». Сенсации превратились в желтоватый трагифарс.

Заветы Ильича

Автомобили Rolls-Royce поступали в правительственный гараж и после смерти их 

Дата в истории: Ленин и автомобиль

В год 100-летия Октябрьской революции мы решили выяснить, какую роль играл автомобиль в жизни ее ключевого организатора – Ленина. Тем более что до недавних пор сделать это было весьма сложно – значительная часть документов, связанных с его личностью, хранилась под грифом «Секретно»

Зато о том, как вождь мирового пролетариата впервые близко столкнулся с механическим экипажем, можно прочесть в любом полном собрании его сочинений. Возьмем хотя бы пятое, где в томе № 50 собраны послания Владимира Ильича к родным и близким. На странице 303 в письме к сестре Марии, написанном в начале января 1910 года, читаем: «…Ехал я из Жювизи, и автомобиль раздавил мой велосипед (я успел соскочить). Публика помогла мне записать номер, дала свидетелей. Я узнал владельца автомобиля (виконт, черт его дери) и теперь сужусь с ним (через адвоката)».

Ленин тогда жил в эмиграции в Париже, а в Жювизи располагался аэродром, куда он время от времени наведывался посмотреть на полеты аэропланов. Во время одной из таких поездок и приключился описанный выше accident. Чуть позже пострадавший написал: «Велосипедное мое дело кончилось в мою пользу». Процесс действительно был выигран, и деньги с обидчика получены сполна.

Казалось бы, все закончилось благополучно, но вот что странно: на протяжении всей дальнейшей жизни автомобиль для Владимира Ильича являлся постоянным источником неприятностей и опасности. Хотя, судя по всему, сам он этого не осознавал и пользование механическим экипажем доставляло ему удовольствие.

Авто для вождя

В повседневный быт Ленина и его семьи автомобиль вошел уже после завоевания власти большевиками. Правда, несмотря на постоянное использование машин, сам он за руль никогда не садился.

После Октябрьской революции 1917 года бывший царский гараж перешел в распоряжение советского правительства. Для обслуживания В.И. Ленина выделили семерых самых опытных, проверенных и надежных шоферов вместе с закрепленными за ними автомобилями. На протяжении шести лет личным водителем Ленина являлся Степан Казимирович Гиль. На эту должность его назначили 8 ноября 1917 года. Впрочем, карьера Гиля чуть не оборвалась, едва начавшись, поскольку вскоре ленинский Turcat-Mery 1916 года выпуска с кузовом ландоле-лимузин виртуозно угнали.

Дело было так: Гиль привез Владимира Ильича в Смольный и пошел завтракать, оставив машину у главного подъезда во дворе под охраной красногвардейцев. Выехать со двора можно было только по специальному пропуску, однако спустя некоторое время в комнату, где шофер пил чай, вбежал какой-то человек с криком: «Машину Ленина угнали!» Гиль даже не поверил: «Это невозможно»! Но автомобиль действительно исчез. Вскоре выяснилось, что он беспрепятственно выехал со двора, причем сидевший за рулем человек предъявил пропуск!

Узнав о случившемся, Ленин сказал шоферу: «Машину надо найти. Ищите где хотите. Пока не найдете, со мной станет ездить другой».

Машин в Питере тогда было не много, а Turcat-Mery из бывшего императорского гаража был настолько приметен, что не мог исчезнуть бесследно. В итоге Гилю через знакомых шоферов удалось узнать, что угнанное авто стоит в сарае одной из пожарных команд и его вот-вот переправят для продажи в Финляндию. В тот же день угонщиков арестовали – ими оказались работники пожарной команды.

По городу без охраны

До марта 1918 года Ленин ездил по Петрограду практически без охраны, если не считать водителя, которому по штату полагался наган. И такая беспечность не осталась без последствий. Так, 1 января 1918 года Ленин с Подвойским и швейцарским социал-демократом Фрицем Платтеном возвращались с митинга. На Симеоновской улице машину обстреляли. Услышав первый выстрел, Платтен успел пригнуть голову Ленина и тем самым спас ему жизнь, получив пулю в руку.

Вскоре правительство переехало в Москву, куда перебрался и гараж. Несмотря на печальный опыт, председатель Совнаркома по-прежнему ездил без охраны. И вновь неприятности не заставили себя ждать: 30 августа 1918 года после митинга на заводе Михельсона на Ленина было совершено второе покушение. Когда он после выступления подходил к автомобилю, в него трижды выстрелили. Гиль даже не успел рассмотреть, кто именно стрелял, он увидел «протянутую из-за нескольких человек руку с браунингом». Ильич упал рядом с машиной. Гиль накрыл вождя своим телом и никого к нему не подпускал, пока не увидел знакомых активистов из заводского комитета. Раненого Ленина посадили в авто и отвезли в Кремль. Виновной же в покушении признали Фанни Каплан, которую подозрительно быстро расстреляли без суда.

Но и на этом «автомобильные несчастья» Ленина не закончились: 19 января 1919 года он вместе с Марией Ульяновой на машине Гиля в сопровождении чекиста Чебанова поехал навестить Надежду Крупскую, отдыхавшую в лесной школе в Сокольниках. Из Кремля выехали в пятом часу дня. Автомобиль шел по Мясницкой улице от Лубянки со скоростью около 45 верст в час. Недалеко от Каланчевской площади кто-то попытался остановить машину, но Гиль тормозить не стал. Вскоре ситуация повторилась – и шофер опять проехал мимо.

Почти у самых Сокольников на середину улицы выскочило несколько человек с револьверами. Гиль и в этот раз хотел проскочить, однако Ленин, думая, что это милицейский патруль, приказал остановиться. К машине подбежали какие-то люди и, угрожая оружием, всех высадили. Ленин вышел, показал пропуск, но нападавшие приставили к его голове пистолеты. Кто-то ловко вывернул карманы председателя Совнаркома, забрал бумажник и маленький браунинг, который тот на всякий случай носил с собой. Затем бандиты сели в машину и уехали.

Впоследствии выяснилось, что банде грабителей под предводительством некоего Кошелькова, собиравшейся на очередное дело, срочно потребовалась машина, и они остановили первую попавшуюся. К счастью для Ленина, ни Гиль, ни Чебанов оружием не воспользовались: бандитов было больше, вооружены они были лучше, и, начнись перестрелка, инцидент мог закончиться печально.

Вождь и его шофер

Позже Гиль вспоминал, что самым любимым видом отдыха для Ленина были загородные автомобильные поездки. По выходным он любил выезжать на машине за 50–70 км от Москвы, наслаждаясь как самой ездой, так и возможностью лишний раз побывать на природе. Он охотился, собирал грибы, купался, гулял по лесу, а зимой ходил на лыжах. Выезжали и компаниями, и вдвоем с водителем.

Гилю Ленин полностью доверял, ведь тот, по сути, дважды спас ему жизнь. Тем не менее председатель Совнаркома никогда не фамильярничал со своим шофером, обращался к нему корректно, называя либо просто по фамилии, либо «товарищ Гиль». Если во время поездки возникало дело, требовавшее впоследствии решения, Ленин просил водителя напомнить ему об этом после возвращения в Москву.

Кроме того, он требовал пунктуальности. Перед поездкой обычно ставил задачу: куда ехать и когда необходимо прибыть на место. Если приезжали вовремя, хвалил шофера: «Замечательно уложились!», если же нет, выговаривал ему.

Поскольку любимым временем года Ленина являлась зима, а ездить по сугробам на обычной машине было невозможно, то для передвижения по снегу на базе автомобиля Rolls-Royce собрали автосани с гусеницами Кегресса. На них глава правительства ездил на загородные прогулки, отдых и охоту. На кегрессах Ленин совершил и свою последнюю автомобильную поездку 19 октября 1923 года. Вместе с Надеждой Крупской и Марией Ульяновой он приезжал на Всероссийскую сельскохозяйственную выставку, затем, покатавшись по столице, вернулся в Горки.

На том же автомобиле Гиль доставил в Горки гроб, в котором затем тело вождя привезли в Москву. И именно эта машина впоследствии долгое время экспонировалось в музее «Горки Ленинские».

За период с 1917 по 1924 год Ленин пользовался автомобилями нескольких марок и моделей. Кроме Rolls-Royce Silver Ghost, он ездил на уже упоминавшемся Turcat-Mery-28, а также на Delaunay-Belleville-45, Renault 40 и Packard Twelve.  

Автор
Константин Шляхтинский
Издание
Автопанорама №10 2017

Ленин и автомобили / Уроки истории / Радиостанция "Вести FM" Прямой эфир/Слушать онлайн

Рубрика «Разлом» Андрея Светенко на «Вестях ФМ».

В этот день 100 лет назад – 23 декабря 1919 года – Ленин написал письмо Григорию Зиновьеву, руководителю Петрограда. Коротенькое, но важное: «Кегрессов, говорят, можно у вас много сделать? Шофер Гусев (бывший в Питере от меня) берется за это. Согласны, чтобы я послал его в Питер сделать много Кегрессов? Привет. Ленин».

Что такое «кегресс»? Технический термин? Иностранная фамилия? И то, и другое. Адольф Кегресс, французский автомобильный инженер, механик и изобретатель. С 1904 года он служил механиком в императорском гараже. Предложил конструкцию автосаней, на полугусеничном ходу. В 1913-м Российское автомобильное общество объявило конкурс, в котором участвовали три модели: сани с пропеллером графа де Лессела, аэросани Игоря Сикорского и автосани Кегресса. Они-то и показали лучший результат. Кегресс получил патент на «автомобиль-сани, движущиеся посредством бесконечных ремней с наземными роликами». То есть «кегресс», о котором ведет речь Ленин – гусеничный движитель, который можно было устанавливать на автомобили вместо задних колес.

Во время Первой мировой войны Кегресс работал над полугусеничным бронеавтомобилем для русской армии. Параллельно был принят план изготовления на Путиловском заводе 145 «кегрессов». После революции изобретатель уехал на родину, во Францию. А без него возобновить производство не удалось. Упомянутый Лениным шофер Гусев (в тот момент уже заведующий мастерскими автобазы Совнаркома) действительно прибыл в Петроград, но всего лишь «для получения четырёх автомобилей». Дело ограничилось изготовлением машин только для вождей. Собственно, это и имел виду Ленин в своем письме Зиновьеву.

Вообще, тема «Ленин и автомобили» любопытна. В 1909 году, будучи в эмиграции, во Франции, Ленин попал в ДТП. Он ехал на велосипеде и угодил под Rolls-Royce Silver Ghost – «Себеряный призрак». Пожалуй, одна из самых престижных моделей. Ленину тогда удалось отсудить компенсацию за поврежденный велосипед. После свержения монархии большевики воспользовались автопарком бывших хозяев страны. Ленину досталась французская Turcat-Mery 1915 года выпуска. Но эту машину летом 17-го угнали прямо со двора Смольного, где располагался штаб Советов. Машину обнаружили на финской границе и вернули. Такая вот деталь. Милиция Временного правительства, оказывается, сложа руки не сидела.

После взятия власти Ленин пересел на Delaunay-Belleville, тоже французскую машину, и тоже – из гаража Николая II. На ней он в первые дни 18 года попал под обстрел, возвращаясь в Петрограде с очередного митинга. Никто не пострадал, кроме самой машины. Переехав в Москву, Ленин стал ездить на Renault 40 CV. Рядом с этой машиной произошло самое знаменитое покушение на вождя пролетариата – на заводе Михельсона, где в Ленина стреляла Фанни Каплан. А самое странное дорожное приключение случилось с Лениным 6 января 1919 года. Он возвращался на машине в сопровождении секретаря – Бонч-Бруевича, одного охранника и водителя из Сокольников, где на загородной даче отдыхала и лечилась тогда Надежда Константиновна Крупская. На Стромынке машину остановили вооруженные люди. Высадили всех на улицу, а сами сели и уехали. Это не было покушение – элементарный разбой. Совершила его знаменитая в Москве банда Якова Кошелькова. Этого «Кошелька» ловили долго, только летом 19-го удалось его обезвредить.

Последняя машина Ленина была той самой марки – Rolls-Royce Silver Ghost, оснащенный «кегрессом». Автосани. На них удобно было ездить зимой. Эта машина выставлена теперь в экспозиции музея Ленина в Горках.

Советский GTA: как бандиты у Ленина машину отобрали


Для Кошелькова, ко всем прочим козырям, автомобиль давал еще один. С помощью авто можно было обмануть, представившись органами власти – ведь машин тогда в Москве было, что называется, по пальцам пересчитать, и практически все они находились в государственных структурах. Тем более, что Кошельков имел подобный опыт, грабя людей и предприятия под видом обысков сотрудниками ВЧК. Если перенести план этого преступления в современность, то можно приравнять его с планом похищения вертолета для ограбления какого-нибудь столичного банка. Дерзко? То-то же. 19 января 1919 года банда Кошелькова вышла на дело. По плану первая цель – автомобиль. Засаду устроили недалеко от логова в районе родном, знакомом – в Сокольниках.

Сегодня трудно представить, чтобы глава государства, даже самого затрапезного, передвигался без кортежа охраны. В принципе, и в начале прошлого века это был нонсенс. Но только не в постреволюционной России, охваченной синдромом равенства. Глава молодой Республики Владимир Ильич Ленин, как, собственно, и другие первые лица государства, раздутого штата секьюрити не имел, и уж тем более кортежей. А особенно когда ездил по личным делам. Например, как в тот день 19 января 1919 года.

Ленин спешил к больной жене на автомобиле. Причем на автомобиле марки Delaunay-Belleville – такое вот историческое совпадение. Не сам, конечно, – за рулем сидел личный водитель Ильича – Степан Казимирович Гиль. Как водитель, так и французский автомобиль работали прежде на царский режим и были закреплены за гаражом Николая II. Гиль стал водителем Ленина еще в Петрограде, когда там базировалось революционное правительство. Когда же новое правительство России перебралось в Москву, Ленин попросил перевести туда и Гиля, который пришелся по душе вождю мирового пролетариата, поскольку был не только исполнительным и профессиональным человеком, но и прекрасным собеседником. Ленин пользовался и другими автомобилями, например, Rolls-Royce, однако предпочитал в то время именно Delaunay-Belleville.

Ехали, когда уже стемнело, в районе 17 часов по времени кремлевских курантов. Вез жене Ильич еще теплое молоко. Надежда Константиновна находилась в лесной детской школе в Сокольниках – нечто вроде детского дома санаторного типа. Она там совмещала полезное с приятным: поправляла здоровье и занималась с детьми. Молоко в то время было дефицитным продуктом. Ленин им запасся так, чтобы хватило и детям – небольшой бидон. Его, закутанный в одеяло, чтобы молоко не замерзло, опекал единственный охранник Ильича Иван Чибанов, который находился на переднем сиденье рядом с Гилем. Вот и вся охрана главы государства. Сам глава имел в кармане пальто пистолет системы «Браунинг», который заставили носить Ленина товарищи. Гиль тоже имел при себе пистолет, но в его функции не входило совмещать роль шофера с телохранителем. Ильич с сестрой Марией расположились на заднем сидении. Все были в прекрасном настроении. Так совпало, что в тот день в лесной школе должен был состояться детский праздник. Кроме молока пассажиры Delaunay-Belleville везли детворе подарки.

Зима в тот январь была лютой и снежной. Бандиты изрядно продрогли в ожидании случайного автомобиля, но тут свет далекий фар заставил их взбодриться. Засада была организована невдалеке от райсовета Сокольников, вдоль единственной дороги, которая была очищена от снега, а стало быть, только по ней могла проехать машина. Когда Delaunay-Belleville с Лениным на борту приблизился к засаде, бандиты вышли наперерез и остановили машину, представившись революционным патрулем.

Нужно сказать, что автомобиль приказал остановить сам Ленин, полагая, что нехорошо будет главе государства игнорировать установленные властью правила контроля. Все остальные, кто был с Ильичом в машине, сразу заподозрили неладное и предлагали продолжить путь, проигнорировав требования «патруля». Однако Ленин настоял на своем. Вождь мирового пролетариата первым достал и предъявил «патрулю» документы, сообщив, что он – Ленин. На что Кошельков, не расслышав, удивился – Левин? И добавил, что ему наплевать, кто перед ним, ибо он – единственный хозяин ночной Москвы.

Ленинский "Роллс-Ройс" врезался в корову и чудом спасся от утилизации — Российская газета

Уже 112 лет, с 1906 г., автомашины перевозят руководителей нашей страны. И все это время многих ее граждан одолевает вполне понятное любопытство - а что это за чудеса техники, чем они оборудованы и чем отличаются от серийных авто, на которых передвигаются обычные водители? Обстоятельный ответ на эти вопросы с массой подробностей, извлеченных из недавно рассекреченных архивных источников, содержится в только что вышедшей из печати книге хорошо знакомой читателям "Родины" творческой команды Федеральной службы охраны РФ во главе с известным историком Сергеем Девятовым1. Остановим внимание на самых интересных страницах нового увесистого фолианта.

Царская инновация: смазка коленчатого вала

Самый первый автомобиль у первого лица появился в 1906-м, когда из союзной России Франции для путешествий Николая II прибыл трипль-фаэтон "Делоне-Бельвиль", способный развивать скорость 70 км/ч.

На с. 27 наше воображение поражает фотография, живописующая встречу нового со старым. Место действия - Красное Село под Петербургом, летняя военная столица империи. 1908 год, автомобиль в высочайшем пользовании уже два года. Император верхом на лошади на фоне "Делоне-Бельвиля" с великими княгинями, черногорками Милицей и Станой, на заднем сиденье.

Авто не только смотрится изящно, по тем временам, как подчеркивают авторы, модель была, что называется, прорывной: "Главным отличительным признаком стали напоминавший кожух паровозного котла цилиндрический капот и круглый радиатор. За автомобили требовали приличные суммы, но они полностью оправдывались надежностью и совершенством конструкции. Например, именно "Делоне-Бельвиль" первой в мире получила смазку коленчатого вала под давлением от отдельного насоса в отличие от общего в те времена метода разбрызгивания масла" (с. 26).

У левого переднего колеса на фото - главный придворный автомобильный энтузиаст, князь Владимир Николаевич Орлов (1868 - 1927), генерал-лейтенант, начальник военно-походной канцелярии императора, внук главы III отделения Алексея Федоровича Орлова, правнук Федора Григорьевича Орлова, братья которого Алексей и Григорий ярко вписали свои имена в эпоху Екатерины II. Князь, с легкой руки которого и появился на берегах Невы первый автомобиль для самодержца, отличался изрядной комплекцией, что придавало его облику за рулем черты для своего времени неповторимые.

Черногорок, кстати, Орлов катал не зря - в 1917-м удаленный от двора годом раньше князь женит своего сына Николая на 18-летней княжне императорской крови Надежде Петровне (1898 - 1988), правнучке Николая I и дочери той самой Милицы...


Переделанный в автобус

Машины в последние годы существования империи меняли часто - автотехника делала все новые успехи, и князь Орлов зорко следил за тем, чтобы царь ездил на последних новинках европейской моторизованной моды. Второй "Делоне-Бельвиль" приехал в Петербург в 1908м и мог развивать уже скорость 120 км/ч, с которой и ныне на МКАД бы не затерялся. Правда, так лихо с императором на борту не гоняли: Адольф Кегресс (1879 - 1943) - француз, привлеченный в Россию Орловым, "правил" машиной при дальних поездках, поддерживая среднюю скорость от 60 до 70 верст в час (65-75 км/ч).

Французский товар был уникальным и штучным: "Аббревиатура SMT не соответствовала модельному ряду - Sa Majeste le Tsar, то есть "Его Величество Царь". Машин этой серии было построено всего три [...]. Несмотря на унификацию с младшими моделями, штучное исполнение 70сильной царской машины все равно выходило в немалую сумму - 15 753 рубля. Как итог, за два года (1908-1909) помимо двух экземпляров для Николая II был произведен всего лишь один коммерческий образец SMT для заказчика-инкогнито. На этом история уникальной модели закончилась, а в 1911 году упоминания о ней и вовсе исчезли из каталогов и рекламы "Делоне-Бельвиль". [...]. В 1916 году автомобиль передали в Императорское российское автомобильное общество, а после Февральской революции Адольф Кегресс, в недавнем прошлом личный водитель царя и технический директор Императорского гаража, перебрался на нем в Финляндию. Там на "Делоне-Бельвилль" сразу нашелся покупатель - известный торговец автомобилями Сергей Николаев. Спустя два года он перепродал машину в Стокгольм, где уже в 1920е годы ее переделали в автобус" (с. 36).

Известный торговец автомобилями Сергей Николаев.

Второй SMT 1909 г. оказался самым дорогим из императорских автомобилей, однако впечатляющий лимузин с электроосвещением и системой отопления салона ездил мало: "Однако роскошь и размах имели и оборотную сторону. Автомобиль получился слишком громоздким и тяжелым. Его снаряженная масса достигала четырех тонн, что сразу ограничивало применение лимузина лишь на твердых дорогах, в пределах Петербурга и загородных резиденций".

Большевики же мучиться с автороскошью не стали: "После отречения императора лимузин оказался в распоряжении Временного правительства, а позже перешел в списочный состав автобазы Совета Народных Комиссаров. Весной 1918 года автомобиль вслед за Совнаркомом отправили в Москву, но вскоре его активная эксплуатация прекратилась из-за проблем с запчастями и непомерного расхода топлива. Тем не менее этот "Делоне-Бельвиль" SMT числился в резерве кремлевского гаража вплоть до 1928 года, когда его окончательно списали в утиль" (c. 40).

Впрочем, на некоторых царских "Делоне-Бельвилях" недолго поездил и Ленин: "Четвертая машина серии СА6 в Императорском гараже - лимузин работы неизменного ателье "Кельнер и сыновья" - поступила на службу в мае 1913 года. Днями ранее автомобиль экспонировался на IV Международной выставке, проходившей в столице в Михайловском манеже. Лимузин бывшего императора попал к В.И. Ленину, минуя "посредников". В феврале 1917 года Временное правительство хоть и приписало себе все автомобили СЕИВГ2, однако персональные автомобили Николая II не эксплуатировало. В промежутке между двумя революциями "Делоне-Бельвиль" стоял безвыездно. 11 марта он значился в списках машин бывшего Императорского гаража с пометкой "хранится в Зимнем дворце, прикрепленного водителя нет". До 1919 года автомобиль числился в глубоком резерве, а позже незначительное время являлся персональным транспортом В.И. Ленина" (с. 48).

Ландоле Delaunay-Belleville SMT 70CV под водительством В.Н. Орлова в Красном Селе. 1909 г.


"Мерседесам" веры нет

Тогда же, что и первые "Делоне-Бельвили", по предложению князя Орлова закупили сразу пять "Мерседесов" конструкции знаменитого Вильгельма Майбаха. А в роковом 1914м знаменитой и поныне марке не поздоровилось: "С началом Первой мировой войны дубль-фаэтон 38/70 исчез из списков Императорского гаража. Скорее всего, на волне антигерманского подъема в августе 1914 года от него спешно избавились" (с. 54).

В распоряжении Николая II были и другие известные и в наши дни иномарки - например, "Рено" и "Роллс-Ройс". На развивавшем скорость до 97 км/ч ландоле-лимузине "Рено", поступившем в царский гараж в 1913 г., Николай II почти не ездил, чаще им пользовалась императрица Александра Федоровна, затем министр юстиции Временного правительства А.С. Зарудный, при большевиках Я.М. Свердлов и Л.Б. Красин. Эта машина вошла в историю в день выстрела Фанни Каплан: "30 августа 1918 года, когда после митинга на снарядном заводе Михельсона произошло покушение на В.И. Ленина, за рулем был личный шофер вождя С.К. Гиль, на полной скорости доставивший его в Кремль". (с. 64).

В дальнейшем первые лица никогда не ездили на "Рено", а вот "Роллс-Ройс" был стабильно востребован и при царе, и при Временном правительстве, и при большевиках. На полулимузине модели 40/50HP, развивавшем скорость до 120 км/ч, успели поездить и Николай II (изредка), и Керенский, и Ленин. Летом 1920 г. этому "Роллс-Ройсу" сделали капитальный ремонт, и тогда же правительство Советской России возобновило закупки превосходно зарекомендовавших себя автомобилей британской марки для собственных нужд. Информация, приведенная в книге, наносит очередной удар по мифу о голодающих вождях большевиков. Уже с 1920 г. большевики закупали подержанные, а с 1922 г. и новые "Роллс-Ройсы" (только до августа 1925 г. закупили девять новых автомобилей).

Rolls-Royce 40/50HP, торпедо. Персональный автомобиль В.И. Ленина в период 1923-1924 гг.

Весьма необычная судьба ожидала автомобиль Ильича 1922 г. выпуска модели 40/50HP торпедо: "Ленинский "Роллс-Ройс" списали из гаража СНК в начале 1930-х годов, передав на периферию. Сменив несколько мест работы, в декабре 1935 года он оказался в Керчи, на автобазе обкома профсоюзов рыбной промышленности Крымской АССР. К тому времени уже никто не помнил об историческом значении этого экземпляра. Автомобиль пребывал в ужасном состоянии, шоферы на нем долго не задерживались, а в 1937 году один из них врезался в корову. Смета ремонта машины превосходила ее балансовую стоимость, и профсоюз постановил сдать "Роллс-Ройс" в утиль. Неожиданно этому решению воспротивился один из водителей автобазы, тов. Аристархов. Он вновь поставил машину на ход и отъездил на ней еще 15 тысяч километров, пока на нее не обратила внимание милиция. В связи с открытием в Москве Центрального музея В.И. Ленина по всей стране началось активное изыскание реликвий, так или иначе связанных с вождем, а к поиску автомобилей подключился НКВД. В 1939 году "Роллс-Ройс" был передан музею и до середины 1950-х годов хранился в запасниках в подмосковных Горках. Лишь накануне 40-й годовщины революции, в 1956 году, Идеологический отдел ЦК КПСС принял решение восстановить ленинский автомобиль. Специализированных мастерских по реставрации техники в стране не было, и задание поручили Заводу им. И.А. Лихачева, имевшему большой опыт создания и производства автомобилей высшего класса. Вновь по стране были развернуты поиски, но на сей раз запчастей и останков старых "Роллс-Ройсов". В том же 1956 году сама фирма "Роллс-Ройс" через посольство Великобритании в Москве передала музею полную спецификацию проданного в 1922 году автомобиля" (с. 94, 96). К октябрю 1959 г. священную для своей эпохи машину восстановили...


Ильич в теплушке товарняка

Ездил Ленин и на менее роскошных автомобилях, например, на сделанном в Марселе экзотическом авто "Тюрка-Мери" Автосани "Паккард", разгонявшемся всего до 45 км/ч, изобретение Адольфа Кегресса, использовался для поездок вождя большевиков на охоту в Подмосковье. На тех же автосанях в январе 1924 г. тело Ильича доставили из Горок к траурному поезду. Бывали с необычного вида санями и курьезные случаи: "Иногда техника не выдерживала, как это случилось в декабре 1920 года. На сильном морозе двигатель ленинского "Паккарда" стал "простреливать" и вскоре заглох. К счастью, неподалеку оказалась железнодорожная станция, и председателю Совнаркома вместе с водителем пришлось выбираться в Москву в теплушке товарняка" (с. 82). Вскоре под автосани приспособили закупленные в Великобритании в 1922 г. два "Роллс-Ройса".

В 1927 г. британцы, разорвав дипломатические отношения с СССР, запретили и поставки "Роллс-Ройсов". Но поставленные к тому времени машины ездили еще двадцать лет: "1 октября 1933 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло предложение товарищей И.В. Сталина и К.Е. Ворошилова о концентрации всех находящихся у правительства "Роллс-Ройсов" в Гараже особого назначения и прекращении дальнейшего импорта автомобилей из Англии. В Кремле к тому времени появились американские "Паккарды" и "Кадиллаки", но запас прочности и надежности у английских машин был, безусловно, выше. К началу 1937 года в ГОНе все еще работали девять "Роллс-Ройсов". Это был второй показатель среди марок после "Паккарда" (десять машин). Последний же "Роллс-Ройс" был списан из ГОНа только в 1947 году" (с. 104).


Рождение "Ауруса"

Столь же интересны и полезны широкому кругу читателей сведения об автопарке советских и постсоветских лидеров от Сталина до Ельцина. В подробном рассказе о первом отечественном бронированном лимузине ЗИС-115 находится место и для такой детали, что спецсигналом у сталинской машины служила центральная фара (с. 134). А вот у Леонида Ильича бронированного автомобиля так и не появилось: "ЗИЛ-114 даже не имел бронированной версии. После известного покушения на Л.И. Брежнева 22 января 1969 года ЗИЛу было поручено разработать защищенную версию. Но заказа на изготовление бронеавтомобиля так и не последовало, и этот проект остался на бумаге" (с. 210).

Завершается книга эксклюзивным повествованием о создании нового автомобиля для руководства страны, получившего название "Аурус" и впервые представленного общественности 7 мая 2018 г. во время инаугурации В.В. Путина.

Директор ФСО РФ Д.В. Кочнев в обращении к читателям отмечает: "Впервые в новейшей истории у нашей страны появился собственный автомобиль представительского класса. Разработка этой машины велась при активном участии ФСО России. Основой для реализации проекта послужили не только новые современные технологии и передовые конструкторские решения, но и уникальный опыт эксплуатации подобных автомобилей, накопленный за долгие годы в Гараже особого назначения. Сегодня "Аурус" в специальном исполнении является одним из самых защищенных и безопасных представительских автомобилей в мире. Не случайно модели нового бренда получили названия башен Московского Кремля" (с. 6).

Название у нового автомобильного бренда соединяет латинское слово aurum (золото) и английское наименование России - Russia. Отдельные модели новой марки названы в честь башен Московского Кремля. Лимузин и седан получили названия "Сенат", микроавтобус - "Арсенал", а внедорожник, премьера которого запланирована на 2019 г., - "Комендант". 16 июля 2018 г. в Хельсинки на встрече В.В. Путина с президентом США Д. Трампом пять автомобилей "Аурус" совершили свою первую заграничную командировку.

Знаменательно, что большая и прекрасно проиллюстрированная книга заканчивается на такой оптимистической ноте - непростая история отечественного автопрома, как видно на примере реализации проекта "Аурус", имеет перспективное будущее.


1. Автомобили первых лиц 1906-2018. М., 2018. Авторский коллектив: С.В. Девятов, В.А. Макаров, Д.С. Федоров, В.И. Жиляев, О.К. Кайкова, С.В. Снурницын, В.А. Воронов. Далее сноски на это издание приводятся в тексте.2. СЕИВГ - Собственный Его Императорского Величества Гараж.

Фантом на колесах: какой автомобиль «видел» покушение на Ленина | Статьи

Вот уже сто лет не утихают споры о том, стреляла ли в Ленина эсерка Фанни Каплан или нет, и если не она, то кто же тогда стрелял и кем вообще было организовано покушение. Мы же сегодня поднимем вопрос, которым никто не задавался на протяжении целого века: на каком именно автомобиле Владимир Ильич Ленин приехал на завод Михельсона. Подробности — в материале портала iz.ru.

Вопрос не праздный — это как раз тот редкий случай, когда автомобиль сыграл решающую роль в истории, ведь кроме дороги «туда» была еще и «обратно», когда раненого Ленина надо было срочно доставить в Кремль, где им занялись врачи.

Скажем сразу: кинокадров, фотографий и архивных документов, прямо указывающих на то, какой именно автомобиль возил Ленина в тот день, на данный момент не найдено, и вряд ли есть шансы их обнаружить. Съемка в тот день не осуществлялась, а делопроизводство автобазы Совнаркома в 1918 году велось из рук вон плохо, что даже ставилось в вину ее тогдашнему начальнику товарищу Ушакову вкупе с другими его злоупотреблениями по службе. Не исключено, что по этой причине и не существует путевых листов не только за 30 августа 1918 года, но и вообще за тот период.

Так художник Виктор Карпович Коваленко в 1969 году представлял себе сцену покушения. Автомобиль идентифицировать невозможно, скорее всего объектом вдохновения стал Rolls-Royce из музея Ленина

Фото: из личного архива Ивана Баранцева

Из всех свидетелей покушения точную марку автомобиля мог бы указать только один человек — ленинский шофер Степан Казимирович Гиль, после смерти своего пассажира ставший одним из персонажей ленинианы и даже написавший книгу воспоминаний «Шесть лет с Лениным». Но и в них Степан Казимирович не называет автомобиль, на котором они приехали в тот день на завод Михельсона.

Вообще из всего многообразия ленинских машин Гиль конкретно упоминает только одну — французскую Turcat-Mery, которой председатель Совнаркома пользовался с октября 1917 года. Все остальные у него — просто безликие машины, хотя там были и бывшие царские Delaunay-Belleville, и новенькие Rolls-Royce, и автосани Packard.

Художники изображали это историческое событие как могли. Так, у заслуженного художника республики В.Н. Пчелина на написанной им в 1926 году картине шофер Гиль зачем-то залез на капот

Фото: из личного архива Ивана Баранцева

 

В современной историографии считается, что 30 августа 1918 года Ленин приехал выступать перед рабочими на ландоле марки Renault. Такая версия устоялась во многом благодаря трем факторам. Первый — это то, что так называемая инсценировка по делу о покушении на Ленина, которую 2 сентября 1918 года устраивали следователи ВЧК Виктор Кингисепп и Яков Юровский, проводилась как раз с использованием ландоле Renault. Естественно, что проводилась фотофиксация «инсценировки», а эти снимки из следственного дела потом попали во многие книги о Ленине.

Вторым фактором оказалось «важнейшее из искусств» — кино, а именно фильм Михаила Ромма «Ленин в 1918 году», где в сцене покушения задействовали старое такси марки Renault 1920-х годов с характерным капотом-утюгом. Объяснение этому самое простое: фильм снимался на киностудии «Мосфильм» в 1939 году, поэтому для съемок использовали то, что смогли найти.

Ну и третьим фактором стали несколько статей автомобильного историка Льва Шугурова о машинах Ленина, которые печатались в журнале «За рулем» то к очередному дню рождения вождя мирового пролетариата, то к годовщине революции. И во всех своих статьях Шугуров указывал, что именно Renault спас жизнь Владимиру Ильичу, поскольку быстро довез его с Серпуховской улицы в Кремль и еще не заглох и не сломался по пути.

Поскольку Лев Михайлович работал только с открытыми источниками и никогда — с архивными документами, то, скорее всего, вывод о Renault он сделал на основании тех самых фотографий со следственного эксперимента. Две из них, кстати, и были помещены в его статье «Выстрел и «Рено» в журнале «За рулем», № 4 за 1991 год.

Ландоле Renault приобрели для Собственного Его Величества гаража в 1913 году, в основном автомобилем пользовались императрица Александра Федоровна и великие княжны. Фото из книги «Автомобили 1913 года»

Фото: из личного архива Ивана Баранцева

Однако при всем бардаке в делопроизводстве автобазы Совнаркома времен товарища Ушакова кое-какие документы всё же имелись. Так, сохранился список машин автобазы Совнаркома по состоянию на 7 сентября 1918 года, согласно которому за Лениным было закреплено сразу два автомобиля — Turcat-Mery с личным номером 13 и Delaunay-Belleville с личным номером 41. Шофером обеих машин числился Степан Казимирович Гиль.

Принимавший же участие в инсценировке покушения на Ленина автомобиль Renault с личным номером 5, согласно этому списку, был закреплен за председателем ВЦИК Яковом Михайловичем Свердловым. Возил товарища Свердлова шофер Алексей Демин, работавший еще в Собственном Его Величества гараже, а затем и на автомобильной базе Временного правительства.

Роль Якова Свердлова в покушении на Ленина до сих пор не очень ясна. Высказывалось даже предположение, что он его и организовал в процессе борьбы за власть. Именно Свердлов контролировал следствие по этому делу, поэтому для той самой «инсценировки» он мог предоставить свой служебный Renault.

К слову, это действительно инсценировка, проведенная вместо положенного в таких случаях следственного эксперимента, в котором по всем правилам должны были участвовать сама Каплан (в тот день она была еще жива, ее казнят только 3 сентября 1918 года), легкораненая кастелянша Попова и шофер Гиль. Вместо этого — целая театральная постановка, снятая Яковом Юровским, кстати, фотографом по профессии, где реальных персонажей изображают другие люди. Похоже, что и с другим автомобилем.

Страница из дела о покушении на Ленина. Всего Яков Юровский снял несколько таких сценок. Фото: ГАРФ

Фото: из личного архива Ивана Баранцева

Каким же из двух автомобилей Ленин мог воспользоваться 30 августа 1918 года? О Delaunay-Belleville известно то, что он был открытого типа — это была бывшая машина императора Николая II. А кузов Turcat-Mery был типа ландоле с открывающейся над задними пассажирами крышей.

Ставший свидетелем покушения на Ленина помощник военного комиссара 5-й Московской советской пехотной дивизии Стефан Николаевич Батулин так описывал случившееся в своих показаниях: «Подойдя к автомобилю, на котором должен был уехать тов. Ленин, я услышал три резких сухих звука, которые я принял не за револьверные выстрелы, а за обычные моторные звуки. Вслед за этими звуками я увидел толпу народа, до этого спокойно стоявшую у автомобиля, разбегавшуюся в разные стороны, и увидел позади кареты-автомобиля тов. Ленина, неподвижно лежавшего лицом к земле».

Словосочетание «карета-автомобиль» — единственная подробность о ленинской машине, и указывает она на ландоле Turcat-Mery, а не на открытый Delaunay-Belleville, который сложно назвать каретой. В пользу Turcat-Mery говорит и то, что ни до покушения 30 августа 1918 года, ни после него Ленин никогда не пользовался автомобилем Renault. Только вот не повезло Turcat-Mery с историческими свидетельствами: ни одной фотографии этой машины пока не обнаружено.

Весна или лето 1918 года. Ленин, Крупская и сестра Ленина Мария Ульянова отъезжают от дачи управляющего делами Совнаркома Бонч-Бруевича на автомобиле Delaunay-Belleville. Фото: РГАСПИ

Фото: из личного архива Ивана Баранцева

15 декабря 1918 года начальником автобазы Совнаркома вместо уволенного и отданного под суд Ушакова был назначен Александр Павлович Медведев — бывший подполковник царской армии, добровольно перешедший на сторону красных и занимавший должность начальника связи полевого штаба Реввоенсовета Республики. Фактически Медведев в течение всего 1918 года отвечал за службу связи у Троцкого. Военспец быстро начал наводить на автобазе порядок, завел строгое делопроизводство с приказами и рапортами, благодаря чему мы и сегодня можем узнать о дальнейшей судьбе Renault и Turcat-Mery.

Шофер Алексей Демин возил Свердлова на ландоле Renault до самой смерти Якова Михайловича 9 марта 1919 года. После него автомобиль обслуживал Адольфа Абрамовича Иоффе — члена Совета обороны и наркома госконтроля Украинской СССР. В 1921 году Renault назначили возить руководителей Коминтерна, причем без закрепления за каким-либо лицом.

Ленин же вскоре сменил Turcat-Mery на Rolls-Royce. В 1920 году за ним и его семьей значились фаэтон и два лимузина этой марки — на одном лимузине ранее ездил Троцкий, а на втором — Луначарский. Плюс бывший царский фаэтон Delaunay-Belleville и еще временно на июнь месяц — ландоле британской марки Vauxhall, которым, вообще-то, пользовался Сталин.

Turcat-Mery в это время возила уже председателя Малого Совнаркома товарища Козловского, а потом наркома здравоохранения Семашко. В конце того же 1920 года все ленинские автомобили решили собрать в отдельный гараж, размещенный в Кремле, — так появился Гараж особого назначения (ГОН), существующий и поныне.

Владимир Ильич Ленин полюбил Rolls-Royce, и автомобили этой марки стали доминировать в автобазе Совнаркома

Фото: РИА Новости

Появление на автобазе Медведева отразилось и на составе машин. Новый начальник почти сразу же решил унифицировать автопарк, сократив разнообразие марок до минимума и оставив только автомобили марок Rolls-Royce, Delaunay-Belleville, Fiat и Napier. Именно эти машины зарекомендовали себя как самые надежные.

Автомобили остальных марок продавались или обменивались в других гаражах на вышеперечисленные. К концу 1921 года Медведеву удалось осуществить свою программу, и Renault с Turcat-Mery исчезли с автобазы Совнаркома.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *